WLHDP

Items

• Элспет Реох: второе зрение, фейные встречи и криминализация уязвимой женщины
  Краткое описание. Элспет Реох была обвинена на Оркнейских островах в 1616 году. Survey of Scottish Witchcraft описывает её дело как связанное с демоническими мотивами и белой магией, но особенно важны сведения о её уязвимости: она утверждала, что потеряла речь, странствовала и зарабатывала на жизнь вторым зрением. Её случай показывает, как женская бедность, беременность, насилие и народные представления могли соединиться в смертельно опасный судебный сценарий. Полная статья. Дело Элспет Реох — одно из самых сильных для анализа пересечения гендера, бедности, тела и фейной традиции. Survey of Scottish Witchcraft фиксирует дело C/EGD/2212, дату 22.03.1616, Оркнейские острова и характеристики «демоническое» и «белая магия». В записи говорится, что она рассказывала о встречах с фейными существами с двенадцати лет, о потере речи, о насилии со стороны брата, о путешествиях и заработке через заявление о втором зрении. Также упоминаются беременность, роды, знания о травах и попытка вызвать аборт для другой женщины. Этот набор показывает не «экзотическую ведьму», а женщину, чья телесная и социальная уязвимость была криминализована. Исторический контекст. Оркнейские дела отличаются сильным присутствием фейной и второй-зрительной традиции. Судебная культура могла переводить такие рассказы в язык дьявола, особенно если женщина была бедной, странствующей, телесно уязвимой или связанной с родами и лечением. Механизм ущерба. Ущерб состоял в том, что уязвимость женщины — молчание, беременность, травма, зависимость от подаяния или услуг — становилась не основанием для защиты, а частью подозрения. Суд присваивал её рассказ и превращал его в доказательство преступности. Что подтверждено. Survey of Scottish Witchcraft даёт дело C/EGD/2212, дату 22.03.1616, Оркнейские острова, характеристики дела, мотивы фейных встреч, второго зрения, потери речи, родов, трав и попытки аборта. Чего карточка не утверждает. Карточка не утверждает, что её признания являются точным описанием событий. Она трактует их как судебно записанный материал, созданный внутри неравной власти. Источники. https://witches.hca.ed.ac.uk/case/C/EGD/2212 ; https://witches.hca.ed.ac.uk/faq/ ; https://commons.wikimedia.org/wiki/Category:Daemonologie Уровень уверенности. B — основа подтверждена, отдельные детали зависят от качества раннемодерных судебных записей.
• Маргарет Эйткен: обвиняемая, превращённая в инструмент охоты 1597 года
  Краткое описание. Маргарет Эйткен, известная как «великая ведьма Балвери», была обвинена в 1597 году и затем использовалась как распознавательница других ведьм. Её случай показывает особенно жестокий механизм: обвинённую женщину под угрозой смерти превращали в инструмент расширения охоты, а затем уничтожали, когда её показания становились неудобными или недостоверными. Полная статья. Маргарет Эйткен — не просто «ложная свидетельница». Её история показывает, как система может заставить обвинённую спасаться через участие в обвинении других. Источники описывают, что после ареста и признания она заявила способность распознавать ведьм по особому признаку в глазах, была возима по разным местам Шотландии и участвовала в выявлении новых обвиняемых. Когда её метод оказался ненадёжным, комиссии были остановлены, а сама Эйткен была казнена. Для СУД это важный механизм: женщина не только становилась жертвой, но и могла быть встроена в машину преследования как вынужденный инструмент, после чего её снова уничтожали как носительницу ненадёжного знания. Исторический контекст. Охота 1597 года отличалась от Норт-Бервикской серии масштабом и распространением по стране. Она разворачивалась после демонологических интересов Якова VI и на фоне религиозно-социальной тревоги. Фигура «распознавательницы ведьм» усиливала производство обвинений, потому что заменяла доказательство телесным или визуальным признаком. Механизм ущерба. Механизм ущерба — принуждение обвинённой женщины стать звеном репрессивной цепи. Система создавала ложный стимул: признание и донос могли временно отсрочить смерть, но в итоге не возвращали субъектность и безопасность. Что подтверждено. Wikidata и материалы по шотландской охоте связывают Margaret Atkin/Aitken с Survey of Scottish Witchcraft, делом C/EGD/2178 и датой 1597. Источники по охоте 1597 года описывают её роль в выявлении других обвиняемых и последующее прекращение комиссии после дискредитации её показаний. Чего карточка не утверждает. Карточка не оправдывает вред, причинённый её показаниями другим. Она показывает, что сама её роль была произведена системой пытки, страха и судебного интереса к массовому обвинению. Источники. https://www.wikidata.org/wiki/Q16594429 ; https://www.scottishlegal.com/articles/our-legal-heritage-the-great-scottish-witch-hunt-of-1597 ; https://engole.info/margaret-aitken-the-great-witch-of-balwearie/ Уровень уверенности. B — основа подтверждена несколькими источниками, но для идеального архива нужно сверить карточку C/EGD/2178 и первичные документы.
• Лилиас Ади: обвинение в Торриберне и проблема памяти о женщине после суда
  Краткое описание. Лилиас Ади была обвинена в 1704 году в Торриберне, Файф. Survey of Scottish Witchcraft фиксирует её дело, но почти не содержит подробностей и отмечает, что использованная ссылка на печатный источник не была проверена проектом. Поэтому карточка делает акцент на осторожной архивной позиции: Лилиас Ади важна как пример того, как память о «ведьме» может пережить документ, но должна быть отделена от проверенного судебного минимума. Полная статья. Лилиас Ади стала одной из наиболее известных шотландских обвиняемых начала XVIII века, но её карточка должна быть построена аккуратно. Survey of Scottish Witchcraft даёт дело C/EGD/2443, имя Lillias Adie, дату 7/1704, приход Torryburn и графство Fife, но не содержит детальной информации о мотивах обвинения. В поле примечаний база сообщает, что проект не проверял ссылку Ларнер на печатный вторичный источник. Это не делает дело неважным — наоборот, оно показывает, что архивная этика должна отличать установленные данные от культурной памяти. Для СУД важен не только акт преследования, но и посмертное обращение с памятью женщины: обвинённая становится знаком «ведьмы», а её реальная биография почти исчезает. Исторический контекст. Файф был одним из регионов поздних шотландских обвинений. В начале XVIII века официальная вера в колдовство ещё могла производить дела, хотя через три десятилетия правовая рамка будет снята. Поздние дела часто имеют слабую документацию и сильный слой местной памяти. Механизм ущерба. Женщина теряла не только безопасность и честь при жизни, но и посмертную субъектность: её имя могло сохраняться главным образом как имя «ведьмы», а не как история человека, обвинённого в системе уголовной демонологии. Что подтверждено. Survey of Scottish Witchcraft фиксирует дело C/EGD/2443, дату 7/1704, имя Lillias Adie, Torryburn / Fife и ограниченность сведений. В базе указано, что ссылка на Webster была не проверена проектом. Чего карточка не утверждает. Карточка не утверждает подробности обвинения, которых нет в открытой карточке Survey. Она не использует легенды как факты. Источники. https://witches.hca.ed.ac.uk/case/C/EGD/2443 ; https://witches.hca.ed.ac.uk/faq/ ; https://commons.wikimedia.org/wiki/File:The_Witches_Stone_-_geograph.org.uk_-_566211.jpg Уровень уверенности. B/C — сам факт записи подтверждён Survey, но детали обвинения ограничены.
• Джанет Хорн: поздний символ шотландской охоты на ведьм и память о последней казни
  Краткое описание. Джанет Хорн связана с одной из самых поздних шотландских историй о казни за ведьмовство. Survey of Scottish Witchcraft фиксирует её дело в Дорнохе в 1727 году, но даёт минимум сведений и отдельно указывает, что использованный проектом вторичный источник не был проверен. Поэтому карточка пишет о ней осторожно: как о позднем символе и случае, где память, местная традиция и документальная проверка требуют разведения. Полная статья. Джанет Хорн часто упоминается как «последняя ведьма, казнённая в Шотландии». Для Omeka-карточки важно не повторить легенду без оговорок. Survey of Scottish Witchcraft содержит дело C/EGD/2095, имя Janet Horne, дату 6/1727, приход Дорнох и графство Сазерленд, но почти все качественные поля заполнены как «нет информации». В примечании база говорит, что проект не проверял ссылку Ларнер на печатный вторичный источник. Поэтому карточка фиксирует два уровня: документированный минимум из базы и более широкую культурную память о месте последнего сожжения. Изображение для карточки — мемориальный камень в Дорнохе — является контекстом памяти, а не портретом и не прямым судебным документом. Исторический контекст. К 1727 году шотландская охота на ведьм уже подходила к концу: закон о колдовстве будет отменён в 1736 году. Поздние дела особенно важны для истории перехода от уголовного преследования к памяти и спору о том, как именно документировать последние казни. Механизм ущерба. Ущерб здесь двойной: возможная смертная казнь женщины по обвинению в ведьмовстве и последующее превращение её жизни в полулегендарный символ, где реальная женщина часто исчезает за формулой «последняя ведьма». Что подтверждено. Survey of Scottish Witchcraft фиксирует Janet Horne, дело C/EGD/2095, дату 6/1727, Дорнох / Сазерленд и ограниченность сведений. Wikimedia Commons содержит фотографии мемориальных мест, связанных с памятью о последнем сожжении. Чего карточка не утверждает. Карточка не утверждает без оговорок все популярные детали истории Джанет Хорн. Она прямо отмечает ограниченность проверенных сведений в базе Survey. Источники. https://witches.hca.ed.ac.uk/case/C/EGD/2095 ; https://commons.wikimedia.org/wiki/File:The_Witch%27s_Stone,_Littletown,_Dornoch_(geograph_3976236).jpg ; https://commons.wikimedia.org/wiki/File:Location_of_last_witch-burning_in_Scotland_-_geograph.org.uk_-_1092773.jpg Уровень уверенности. B/C — дело зафиксировано в Survey, но многие популярные детали требуют дополнительной проверки.
• Изобел Гауди: подробное признание, из которого выросли современные образы ведьмовского шабаша
  Краткое описание. Изобел Гауди, записанная в Survey of Scottish Witchcraft как Issobell Gowdie, дала одно из самых подробных признаний в истории шотландских процессов. База прямо предупреждает, что её случай необычен и не должен приниматься как типичный пример шотландского ведьмовства. Именно из таких подробных признаний позднее выросли устойчивые образы ковена, превращений, полётов и встреч с дьяволом. Полная статья. Дело Изобел Гауди важно не как «доказательство ведьмовства», а как материал о том, как раннемодерная судебная культура создавала богатый демонический нарратив. Survey of Scottish Witchcraft фиксирует дату дела 13.04.1662, место Олдерн / Нэрн и характеристики «демоническое», «народное целительство», «колдовской вред» и «белая магия». В записи приводятся мотивы дьявольского крещения, нового имени, фейной королевы, духов-помощников, превращений в животных, ковена из 13, полёта на соломе, восковых образов и словесных формул. Но сама база специально оговаривает: этот случай очень необычен, и его нельзя читать как типичную картину шотландской охоты. Исторический контекст. В XVII веке шотландские процессы могли соединять церковную демонологию, фейные представления, местные конфликты и поиски вреда урожаю, скоту или людям. Признание становилось центральным инструментом, но признание не равно свободное свидетельство: условия допроса и ожидания обвинителей формировали язык рассказа. Механизм ущерба. Ущерб состоял в том, что женская речь была захвачена судебным жанром. Чем подробнее женщина говорила, тем больше её рассказ становился материалом для обвинения, расширения стереотипа и последующей культурной демонизации женщин. Что подтверждено. Survey of Scottish Witchcraft даёт дело C/EGD/1558, дату 13.04.1662, место Auldearn / Nairn, набор характеристик и подробные мотивы признания; база также прямо предупреждает, что этот случай не типичен. Чего карточка не утверждает. Карточка не утверждает, что описанные превращения, полёты и встречи происходили реально. Она фиксирует, что они были записаны в признании и стали частью культурной памяти о ведьмах. Источники. https://witches.hca.ed.ac.uk/case/C/EGD/1558 ; https://witches.hca.ed.ac.uk/faq/ ; https://commons.wikimedia.org/wiki/Category:Daemonologie Уровень уверенности. B — основа подтверждена, отдельные детали зависят от качества раннемодерных судебных записей.
• Элисон Пирсон: фейное целительство и публичное наказание женщины-лечительницы
  Краткое описание. Элисон Пирсон была целительницей и визионеркой, связанной в источниках с фейной традицией и лечением. Её дело особенно важно потому, что она была известна не только как подозреваемая женщина, но и как человек, к чьей помощи обращался епископ Сент-Эндрюса Патрик Адамсон. Позднее она была осуждена и казнена как ведьма. Полная статья. Случай Элисон Пирсон показывает, насколько опасной могла быть женская лечебная репутация, если она переходила границу между бытовой помощью и публичной видимостью. В источниках она описывается как женщина, связанная с фейным двором, лекарственными знаниями и духом Уильяма Симпсона. В сатирической культуре её связь с епископом Сент-Эндрюса стала предметом насмешек и политико-религиозного давления. В позднейших пересказах и источниках она представлена как обвинённая в колдовстве, консультировании с духами и использовании чар. Для СУД важно не романтизировать «фейную мудрость», а увидеть механизм: помощь и лечение, оказываемые женщиной, могли стать доказательством преступления, если не были санкционированы мужской медицинской, церковной или судебной властью. Исторический контекст. Во второй половине XVI века шотландские представления о феях, лечении и дьяволе пересекались особенно опасно. То, что в народной культуре могло быть объяснением дара или знахарства, в суде могло стать признаком контакта с нечистой силой. Женщины-целительницы попадали между спросом на помощь и угрозой уголовной демонизации. Механизм ущерба. Механизм ущерба — превращение неофициальной медицинской и духовной практики в преступление. Женщине вменяли не только действия, но и сам источник её знания: если знание не было признано церковью или университетской медициной, оно становилось подозрительным. Что подтверждено. Печатные и исследовательские источники указывают, что Элисон Пирсон была обвинена в колдовстве, связана с фейной традицией и лечением, а также с фигурой епископа Патрика Адамсона; позднейшие источники сообщают о её казни в 1588 году. Чего карточка не утверждает. Карточка не утверждает, что все поздние пересказы одинаково надёжны. Поскольку прямые материалы Survey of Scottish Witchcraft по этому делу требуют дополнительной проверки, статус уверенности ниже, чем у записей с открытой карточкой базы. Источники. https://engole.info/alison-pearson-witch/ ; https://www.gutenberg.org/ebooks/12882.html.images ; https://witches.hca.ed.ac.uk/faq/ Уровень уверенности. B/C — основа хорошо известна по исторической традиции, но отдельные детали требуют сверки с судебным первоисточником.
• Бесси Данлоп: целительство, акушерство и фейная традиция как повод для смертного обвинения
  Краткое описание. Бесси Данлоп была обвинена в 1576 году. Survey of Scottish Witchcraft фиксирует её дело как связанное с народным целительством, акушерством и белой магией. Её рассказ о Томасе Риде, мире фей и лечебных знаниях показывает, как практики помощи людям и скоту могли быть переинтерпретированы судом как общение с запрещёнными духами и колдовство. Полная статья. Дело Бесси Данлоп — один из самых сильных примеров того, как полезная для общины женская практика могла стать уликой. Survey of Scottish Witchcraft указывает дело C/EGD/29, дату 08.11.1576, привязку к Айрширу и характеристики «народное целительство», «акушерство» и «белая магия». Запись содержит подробный материал о Томасе Риде, умершем баронском служителе, которого Бесси описывала как источник знания, а также о фейной группе, травах, нитке для родов, лечении людей и скота и поиске потерянных вещей. Для суда сама заявленная связь с невидимыми помощниками стала опасной: даже когда практики были лечебными, они могли быть записаны как колдовство. Исторический контекст. После Реформации шотландская судебно-церковная культура всё меньше терпела неофициальные духовные посредничества. Народное лечение, фейная вера и рассказы о «добрых соседях» попадали под подозрение, потому что церковь и суд могли трактовать любые сверхъестественные связи как дьявольские. Механизм ущерба. Женское знание о родах, травах, скоте и повседневном лечении было оторвано от практической пользы и помещено в обвинительный сценарий. Ущерб включал смерть, уничтожение репутации и подавление низовой женской медицинской компетентности. Что подтверждено. Survey of Scottish Witchcraft фиксирует дату, место, характеристики дела, мотивы фейной традиции, лечебные практики, акушерство, травы, нить для родов и ссылки на Books of Adjournal и Pitcairn. Чего карточка не утверждает. Карточка не утверждает, что Бесси Данлоп действительно имела сверхъестественные способности. Она показывает, как её собственный рассказ и лечебная репутация были прочитаны враждебной судебной системой. Источники. https://witches.hca.ed.ac.uk/case/C/EGD/29 ; https://witches.hca.ed.ac.uk/faq/ ; https://www.gutenberg.org/ebooks/12882.html.images Уровень уверенности. B — основа подтверждена, отдельные детали зависят от качества раннемодерных судебных записей.
• Барбара Нейпир: консультации, помощь и судебная логика Норт-Бервикского процесса
  Краткое описание. Барбара Нейпир была обвиняемой в Норт-Бервикской серии 1591 года. Survey of Scottish Witchcraft связывает её дело с консультациями, белой магией, демоническими мотивами, изменой и упоминанием в других процессах. Её случай показывает, как обращение к целительницам, желание помощи или благосклонности и слухи о ритуалах могли быть оформлены как участие в опасной ведьмовской сети. Полная статья. Барбара Нейпир важна как пример того, как ведьмовское обвинение собиралось не только вокруг прямого вреда, но и вокруг консультаций, просьб о помощи и социальных связей. В деле Survey of Scottish Witchcraft указаны мотивы консультаций, белой магии, демонического участия и измены, а также связь с Норт-Бервикской охотой. Запись рассказывает о потравках, плате Агнес Сэмпсон, лечебной помощи женщине после родов, консультации с Ричардом Грэмом и спорных обвинениях в восковых изображениях. При этом база прямо указывает, что она была оправдана по ряду конкретных пунктов, связанных с изготовлением восковых образов и присутствием на Норт-Бервикской встрече. Это важно: карточка показывает не только обвинение, но и то, что судебная машина была неоднородной, а некоторые пункты могли не пройти. Исторический контекст. В раннемодерной Шотландии белая магия, лечение, поиск вещей и попытка узнать будущее могли стать поводом для обвинения, если церковно-судебная рамка связывала их с дьяволом. Норт-Бервикский процесс усилил этот механизм, потому что подозрения были соединены с изменой и королевской безопасностью. Механизм ущерба. Ущерб возникал через криминализацию женского обращения за помощью и через опасность быть втянутой в чужие признания. Социальная сеть женщин, обмен услугами и просьбы о лечении превращались в доказательную сеть обвинения. Что подтверждено. Survey of Scottish Witchcraft даёт дело C/EGD/103, дату 27.01.1591, связь с Норт-Бервикской охотой и подробности о консультациях, плате Агнес Сэмпсон, лечебной помощи и спорных обвинениях. В записи отмечено, что Нейпир была оправдана по части обвинений о восковых образах и присутствии на встрече. Чего карточка не утверждает. Карточка не утверждает, что все обвинения были доказаны. Напротив, в карточке специально отмечается частичная недоказанность отдельных пунктов. Источники. https://witches.hca.ed.ac.uk/case/C/EGD/103 ; https://witches.hca.ed.ac.uk/trial-procedures/ ; https://commons.wikimedia.org/wiki/File:North_Berwick_witches.jpg Уровень уверенности. B — основа подтверждена, отдельные детали зависят от качества раннемодерных судебных записей.
• Юфеймия Маккалзиан: женщина высокого статуса в деле о ведьмовстве и измене
  Краткое описание. Юфеймия Маккалзиан, записанная в Survey как Ewfame Makcalzene, была обвиняемой Норт-Бервикской серии. Её случай важен тем, что охота на ведьм не ограничивалась только бедными и маргинальными женщинами: обвинение могло захватывать женщин высокого социального положения, если их связывали с политической угрозой, консультациями, лечением, восковыми образами и изменой. Полная статья. В массовой памяти охота на ведьм часто связывается с бедностью, старостью или маргинальностью. Дело Юфеймии Маккалзиан показывает другой слой: в Норт-Бервикском деле обвинения могли дотягиваться до женщин с социальными связями, если судебная машина связывала их с политическим заговором. Survey of Scottish Witchcraft в поисковой выдаче фиксирует дело C/EGD/104, дату 1591 и Эдинбург. Смежные записи по Барбаре Нейпир и Джонет Стратон упоминают Makcalyean / Macalzene в контексте восковых образов, лечения и встреч. Карточка осторожно описывает её как обвиняемую в системе, где женские связи, просьбы о помощи и лечебные практики могли быть прочитаны как часть изменнического заговора. Исторический контекст. Норт-Бервикская серия сделала ведьмовство вопросом государственной безопасности. Из-за предполагаемой угрозы кораблям короля Якова VI и Анны Датской суды связывали демонические мотивы с изменой. Такие дела разрушали границу между религиозным страхом, политическим следствием и семейно-социальными конфликтами. Механизм ущерба. Механизм ущерба — политизация женской социальной сети. Женщина могла быть втянута в обвинение через консультации, связи с целительницами, слухи, показания других обвиняемых и язык демонического заговора. Судебная процедура превращала социальное общение и обращение за помощью в подозрение. Что подтверждено. Survey of Scottish Witchcraft фиксирует дело C/EGD/104, имя Ewfame Makcalzene, дату 1591 и Эдинбург. Смежные открытые карточки Survey по Барбаре Нейпир и Джонет Стратон подтверждают присутствие её имени в Норт-Бервикской сети обвинений. Чего карточка не утверждает. Карточка не утверждает, что все детали обвинения против Юфеймии Маккалзиан доказаны как реальные действия. Она фиксирует её как обвиняемую внутри политизированного ведьмовского процесса. Источники. https://witches.hca.ed.ac.uk/quick/?casefrom=&caseto=&firstname=&lastname=&maritalstatus=&page=15&residence=&sex=Female&socioeconomicstatus=&sort=dateofcase ; https://witches.hca.ed.ac.uk/case/C/EGD/103 ; https://witches.hca.ed.ac.uk/case/C/EGD/107 Уровень уверенности. B/C — основа подтверждена Survey и смежными карточками, но для идеального архива нужно открыть и сверить полную карточку C/EGD/104.
• Гейллис Дункан: служанка, музыкантка и обвиняемая в Норт-Бервикском деле
  Краткое описание. Гейллис Дункан, записанная в Survey of Scottish Witchcraft как Gelie Duncan, стала одной из известных фигур Норт-Бервикских процессов. Её дело показывает, как статус молодой служанки и слухи о необычных способностях могли быть превращены в признания о дьявольских встречах, музыке, ритуалах и заговоре против королевских кораблей. Полная статья. Дело Гейллис Дункан важно не потому, что оно доказывает существование тайного женского союза, а потому, что показывает производство такого образа судебным языком. Survey of Scottish Witchcraft фиксирует дату дела 27.01.1591, связь с Норт-Бервикской охотой и первичную характеристику «измена». В описании отмечены мотивы встречи в Норт-Бервикской кирке, игры на трубе, танцев, еды, питья, ритуала с кошкой для поднятия ветра и попыток навредить королевским кораблям. Эти детали стали частью знаменитого печатного образа Норт-Бервикских ведьм. Для СУД здесь главное другое: женщина низкого социального положения оказалась в системе, где допросы и ожидания судей производили рассказ о тайной женской угрозе королю, кораблям и государству. Исторический контекст. Норт-Бервикские процессы разворачивались в момент, когда Яков VI активно интересовался демонологией и политической опасностью колдовства. Для раннемодерного суда признания о встречах, ритуалах и связях с дьяволом были способом сделать невидимое преступление юридически видимым. Но современный исследовательский подход требует читать такие признания как продукт давления, страха и судебной рамки. Механизм ущерба. Ущерб состоял в превращении бедной или зависимой женщины в доказательство большого заговора. Через допрос, принуждение к признанию и связку с изменой её голос переставал быть защитой и становился материалом против неё самой и других обвиняемых. Что подтверждено. Survey of Scottish Witchcraft даёт дело C/EGD/110, дату 27.01.1591, связь с Норт-Бервикской охотой, характеристику «измена» и описание мотивов встречи, игры на трубе, ритуалов с кошкой, погодного вреда и кораблей. Чего карточка не утверждает. Карточка не утверждает, что описанные ритуалы происходили буквально. Она показывает, как такие мотивы были записаны и использованы судом как обвинительный материал. Источники. https://witches.hca.ed.ac.uk/case/C/EGD/110 ; https://witches.hca.ed.ac.uk/trial-procedures/ ; https://commons.wikimedia.org/wiki/File:North_Berwick_witches.jpg Уровень уверенности. B — основа подтверждена, отдельные детали зависят от качества раннемодерных судебных записей.
• Агнес Сэмпсон: целительница, превращённая в фигуру государственной измены на Норт-Бервикских процессах
  Краткое описание. Агнес Сэмпсон была одной из центральных обвиняемых Норт-Бервикской охоты на ведьм 1590–1591 годов. В базе Survey of Scottish Witchcraft её дело связано с народным целительством, акушерской помощью, обвинениями в колдовском вреде и политическим мотивом измены. Её признания и доносы использовались для расширения круга обвиняемых, а королевский интерес Якова VI превратил локальное подозрение в дело государственной безопасности. Полная статья. Дело Агнес Сэмпсон показывает, как женщина с репутацией целительницы могла оказаться внутри машины, где медицина бедных, повивальная помощь и бытовое знание переводились в язык демонического заговора. Survey of Scottish Witchcraft фиксирует её как участницу Норт-Бервикской охоты, где обвинения включали попытки навредить кораблям короля и королевы, поднятие ветра, встречи с дьяволом и участие в коллективном заговоре. Важная деталь: база отмечает её как народную целительницу, лечившую людей высокого статуса, но именно эта социальная видимость сделала её уязвимой. Вокруг неё были собраны признания, допросы, судебные записи и позднейшие печатные пересказы. Эти признания нельзя читать как свободную автобиографию: в контексте шотландской охоты на ведьм признания часто добывались под давлением и в логике заранее ожидаемого демонического сценария. Исторический контекст. В Шотландии колдовство было уголовным преступлением между 1563 и 1736 годами. Норт-Бервикские процессы возникли на стыке религиозной тревоги, королевской политики и страха перед изменой: штормы, помешавшие морскому пути короля Якова VI и Анны Датской, были истолкованы как возможная колдовская атака. The National Archives отдельно выделяет признание Агнес Сэмпсон как важный документ этой серии процессов и отмечает участие Якова VI в допросах. Механизм ущерба. Ограничивались телесная безопасность, право на защиту, репутация и жизнь женщины. Механизм работал через пытку или давление, судебное производство, королевский интерес, церковно-правовую демонологию и использование признаний для расширения обвинений. Женское лечебное знание становилось уликой, а не ресурсом помощи. Что подтверждено. Survey of Scottish Witchcraft даёт дело C/EGD/63, дату 22.10.1590, привязку к Норт-Бервикской охоте, характеристики народного целительства, акушерства, колдовского вреда, измены и белой магии. The National Archives описывает её признание в SP 52/47 и связь обвинений со штормом против королевского корабля. Чего карточка не утверждает. Карточка не утверждает, что Агнес Сэмпсон действительно занималась колдовством или реально вредила кораблям. Она также не утверждает, что все целительницы автоматически становились главной мишенью охоты: здесь речь о конкретной женщине, чья лечебная репутация была втянута в политико-судебный сценарий. Источники. https://witches.hca.ed.ac.uk/case/C/EGD/63 ; https://www.nationalarchives.gov.uk/explore-the-collection/explore-by-time-period/early-modern/witchcraft/ ; https://witches.hca.ed.ac.uk/faq/ Уровень уверенности. B — основа подтверждена, отдельные детали зависят от качества раннемодерных судебных записей.
• Дженнет Престон — связанная с Пендлским делом женщина, повешенная в Йорке
  Короткое определение: Дженнет Престон была связана с широким кластером обвинений 1612 года, но её дело прошло не в Ланкастере, а в Йорке. Она была осуждена на York Assizes и повешена на Knavesmire до основной Ланкастерской казни. Исторический период и география: июль 1612 года, Йоркшир и York Assizes; публичная казнь на Knavesmire. Хотя её часто упоминают рядом с Пендлскими ведьмами, административно её дело относится к другой юрисдикции. Кого затрагивало: женщины, пересекавшие границы локальных юрисдикций и оказывались в общей волне демонологического правосудия. Важен механизм: одно дело могло быть связано с другим через судей, источники и обвинительные рассказы, но не совпадать с ним полностью. Слои ущерба: правовой — отдельный процесс и смертный приговор; религиозно-культурный — вера в знаки вроде bleeding corpse могла подменять доказательство; географический — включение женщины в трансрегиональный кластер; социальный — закрепление имени в корпусе “witches”; телесный — казнь. Как работал механизм: дело показывает, что ведьмовское правосудие не было одним локальным взрывом. Оно перемещалось между судами, судьями и историями. Женщина могла быть присоединена к большому нарративу даже при отдельном процессе. Масштаб: процент невозможен; статус казни хорошо фиксируется в сводках о Lancashire/Pendle-associated cases. Для карточки важно помечать: linked case, not Lancaster execution. Современная оценка: Дженнет Престон нужна в СУД, чтобы не упрощать карту: архив должен различать место обвинения, место суда, место казни и степень связи с Пендлским ядром.
• Изобел Роби — женщина из Windle, казнённая в составе Lancashire Witch Trials
  Короткое определение: Изобел Роби из Windle near St Helens была одной из женщин, осуждённых и казнённых после Lancashire Witch Trials 1612 года. Она важна как фигура за пределами узкого Pendle family cluster. Исторический период и география: 1612 год, Windle, St Helens и Lancaster Assizes. Вместе с Пендлскими обвиняемыми суд рассматривал более широкий набор дел, включая Samlesbury witches, Margaret Pearson и Isobel Robey. Кого затрагивало: женщины, оказавшиеся на периферии большого процесса, но включённые в одну судебную волну. Это показывает, что риск не ограничивался одной деревней или одной семьёй: обвинительная логика могла собирать разнородные местные дела в один показательный assize. Слои ущерба: правовой — массовый судебный контекст; географический — расширение преследования за пределы Пендла; социальный — обвиняемая становится частью большого “пантеона ведьм”; телесный — казнь; культурный — регион закрепляется как пространство ведьмовской угрозы. Как работал механизм: ассизы собирали несколько локальных историй и обрабатывали их в одном правовом и символическом пространстве. Индивидуальная женщина могла быть прочитана не сама по себе, а через общую атмосферу “Lancashire witches”. Масштаб: нет процентов; в пределах процесса Изобел Роби входит в список десяти казнённых. Уровень доказательности статуса высокий; содержание обвинений требует осторожной интерпретации как продукт раннемодерной судебной культуры. Современная оценка: кейс важен для СУД как пример regional contagion of accusation: когда крупный процесс производит поле подозрения, в которое попадают женщины из разных мест.
• Маргарет Пирсон — “Padiham Witch”, приговор к позорному столбу и году тюрьмы
  Короткое определение: Маргарет Пирсон, известная как Padiham Witch, проходила в том же широком контексте Lancashire Witch Trials. Её признали виновной, но не приговорили к смерти: наказанием стали выставление у позорного столба на рыночных днях и год тюремного заключения. Исторический период и география: 1612 год, Падихем, Клитеро, Уолли, Ланкастер и Lancaster Assizes. Важно, что её наказание было связано с публичными рыночными пространствами, где тело женщины становилось объектом дисциплинарного показа. Кого затрагивало: женщины с локальной репутацией “ведьмы”, бедные и социально уязвимые женщины, чьё наказание могло быть направлено не только на тело, но и на публичную честь. Слои ущерба: правовой — обвинение и судимость; социальный — публичное клеймение; экономический — тюремное заключение и потеря возможности работать; культурный — закрепление прозвища; телесный — физическое и эмоциональное воздействие позорного столба и тюрьмы. Как работал механизм: система могла не только казнить. Она производила публичную дисциплину: женщина показывалась обществу как нарушительница морального и религиозного порядка. Рынок становился сценой наказания. Масштаб: процент неизвестен. В рамках серии это важная “неказнённая” карточка: она показывает, что ведьмовское преследование включало спектр санкций, от смертной казни до позорящего публичного наказания. Современная оценка: кейс помогает не сводить архив ведьмовства только к казням. Для СУД важна также социальная смерть: публичное унижение, имя, тюремный срок и долговременная репутационная травма.
• Кэтрин Хьюитт / Mould-Heels — обвинение через Malkin Tower и смерть ребёнка
  Короткое определение: Кэтрин Хьюитт, прозванная Mould-Heels, была одной из женщин, осуждённых и казнённых после процесса 1612 года. В обвинениях против неё фигурировала смерть ребёнка Anne Foulds и участие в Malkin Tower meeting. Исторический период и география: Колн/Пендл, Lancashire Witch Trials 1612 года, Lancaster Assizes. Это среда, где детская болезнь или смерть могла быть вписана в язык maleficium, а социальные прозвища усиливали подозрение. Кого затрагивало: женщины из ремесленных и бедных домохозяйств, женщины с прозвищами или стигматизированной телесной/социальной репутацией, соседки, связанные с семьями Device и другими обвиняемыми. Слои ущерба: медицинский — смерть ребёнка объяснялась колдовством; социальный — прозвище закрепляло стигму; правовой — слух, встреча и показания работали как доказательства; культурный — женщина становилась “причиной” непонятной смерти; телесный — казнь. Как работал механизм: следствие связывало несколько элементов — встречу, смерть ребёнка, идентификацию свидетелями и уже существующую репутацию. В результате обычная социальная биография женщины превращалась в обвинительный профиль. Масштаб: нет процента; кейс входит в число казнённых после Lancaster Assizes. Важно различать подтверждённый факт судебного осуждения и недоказанность самого обвинения в колдовском убийстве. Современная оценка: кейс важен как пример того, как женская социальная уязвимость и непонимание детской смертности могли производить смертельное уголовное обвинение.
• Джейн Булкок — участница Malkin Tower narrative и казнь после Lancaster Assizes
  Короткое определение: Джейн Булкок фигурирует среди обвинённых, связанных с meeting at Malkin Tower. Она была осуждена и казнена в Ланкастере вместе с другими фигурантами дела. Исторический период и география: 1612 год, Malkin Tower и Lancaster Assizes. В обвинительном рассказе собрание в доме Device/Demdike стало одним из ключевых сюжетов, через который следствие расширило число обвинённых. Кого затрагивало: женщины из локальных сетей бедных и зависимых домохозяйств, участницы соседских встреч, матери и родственницы мужчин, также втянутых в дело. Джейн важна потому, что её обвинение связывает женское присутствие в социальной сети с уголовной интерпретацией собрания. Слои ущерба: правовой — участие в встрече превращалось в доказательство; социальный — соседская связь становилась уликой; семейный — мать и сын попадали в один обвинительный контур; культурный — женское собрание читалось как тайный заговор; телесный — казнь. Как работал механизм: следствие придало встрече Malkin Tower статус почти конспиративного события. То, что могло быть едой, визитом, обсуждением или слухом, получило вид организованного преступного ритуала. Масштаб: процент не применим; кейс относится к группе казнённых 20 августа 1612 года. По этой карточке особенно важна пометка: судимость документирована, но смысл самого собрания задан источником обвинения, а не нейтральной реконструкцией. Современная оценка: кейс показывает механизм criminalization of association: женщина могла быть осуждена не за доказанное действие, а за присутствие в сети, которую власть уже решила прочитать как опасную.
• Элис Наттер — женщина более высокого статуса, осуждённая в деле Пендлских ведьм
  Короткое определение: Элис Наттер была одной из казнённых по делу Пендлских ведьм. В отличие от многих других обвинённых, она происходила из более обеспеченной среды, что делает кейс особенно важным: обвинение не сводилось только к нищете, но могло пересекаться со статусом, локальной политикой и религиозной подозрительностью. Исторический период и география: 1612 год, район Пендла/Roughlee и Lancaster Assizes. Источники связывают её с более широким кластером обвинений вокруг Malkin Tower meeting и смертей, приписанных ведьмовству. Кого затрагивало: женщины, чьё положение выходило за ожидаемую норму; женщины из католических или подозреваемых семейных окружений; женщины, чьё молчание или отказ признаться могло быть истолковано против них. Слои ущерба: правовой — осуждение на основе раннемодерной доказательной культуры; социальный — разрушение статуса; религиозно-политический — возможное наложение конфессиональных страхов; культурный — образ женщины как скрытой угрозы; телесный — казнь. Как работал механизм: дело показывало, что ведьмовское обвинение могло работать как универсальный язык нейтрализации женщин разного положения. Бедность усиливала риск, но не была единственным фильтром: статус не защищал от демонологической рамки. Масштаб: точной доли нет; Элис Наттер входит в число десяти казнённых после Lancashire Witch Trials. Для карточки важно сохранять осторожность: конкретные мотивы и политический фон нуждаются в проверке по специализированной литературе. Современная оценка: кейс помогает СУД показать, что женская уязвимость перед религиозно-судебной машиной была не только экономической, но и символической: женщина могла быть опасной именно потому, что её статус не укладывался в простую модель покорности.
• Энн Редферн — дочь Chattox, обвинение без признания и казнь
  Короткое определение: Энн Редферн, дочь Old Chattox, была обвинена в колдовстве и казнена после процесса в Lancaster Assizes. В источниках она важна тем, что подозрение распространялось через материнскую репутацию и соседские обвинения. Исторический период и география: 1612 год, Пендл и Ланкастер. Обвинение разворачивалось не только вокруг индивидуального действия, но вокруг семейной линии Chattox/Redferne. Кого затрагивало: дочери уже подозреваемых женщин, женщины из семей с закреплённой плохой репутацией, соседки, вовлечённые в конфликтные сети. Принадлежность к “плохой” семье могла играть роль почти самостоятельной уликовой категории. Слои ущерба: семейный — подозрение переходило от матери к дочери; правовой — процесс не отделял современным образом слух, показание, репутацию и факт; культурный — женская линия представлялась как наследование зла; телесный — смертная казнь; социальный — стирание индивидуальности в семейном образе “ведьм”. Как работал механизм: судебный рассказ соединял давние болезни, смерти, конфликты и местные страхи. Энн Редферн стала не просто отдельной обвиняемой, а доказательством того, что “ведовская” опасность якобы воспроизводится внутри женской родственной линии. Масштаб: процент не применим; кейс относится к группе казнённых по итогам Lancaster Assizes. Уровень документированности процедуры высокий, но обвинения следует читать как продукт раннемодерной судебной и демонологической культуры. Современная оценка: кейс важен для анализа inherited suspicion: женщина могла быть уничтожена не только за собственное действие, но и за то, что была дочерью уже демонизированной женщины.
• Энн Уиттл / Old Chattox — пожилая вдова как демонизированная соседская угроза
  Короткое определение: Энн Уиттл, известная как Old Chattox, была пожилой слепой вдовой и главой другой семьи, противостоявшей линии Demdike/Device. Её допросили, судили и казнили как ведьму. Исторический период и география: раннемодерная Англия, 1612 год, Пендл и Lancaster Assizes. Дело разворачивалось среди локальных конфликтов, нищеты, соседских обвинений и религиозно-правового страха перед ведьмовством. Кого затрагивало: пожилые женщины, вдовы, бедные соседки, женщины с давней отрицательной репутацией. Старость и зависимость от помощи соседей могли быть истолкованы как угроза, вымогательство или колдовское давление. Слои ущерба: социальный — репутация как почти доказательство; правовой — признание и допросы вместо современной защиты; экономический — бедность и зависимость становились подозрительными; культурный — образ “старой ведьмы”; телесный — смертная казнь. Как работал механизм: судебная система не просто рассматривала отдельное обвинение; она собирала многолетние слухи, семейные вражды и признания в цельный рассказ о демонической опасности. В этом рассказе пожилая женщина становилась удобной фигурой виновности. Масштаб: точной доли нет. В рамках Пендлского дела Old Chattox — одна из двух пожилых матриархальных фигур, вокруг которых следствие построило семейную и соседскую карту вины. Современная оценка: кейс фиксирует geriatric and widowhood vulnerability: возрастная женщина без мужской защиты могла быть криминализована как источник хаоса и вреда.
• Элизабет Девайс — мать, обвинённая через семейные показания и казнённая в Ланкастере
  Короткое определение: Элизабет Девайс, дочь Old Demdike и мать Ализон, Джеймса и Дженнет Девайс, была одной из центральных обвиняемых Пендлского дела. Её осудили и повесили после процесса в Lancaster Assizes. Исторический период и география: 1612 год, Malkin Tower и Lancaster Castle. Следствие связывало её с семейной сетью обвинений и с Good Friday meeting at Malkin Tower, который был представлен как подозрительное собрание. Кого затрагивало: бедные матери, женщины из маргинализированных домохозяйств, женщины, чья семейная роль могла быть переописана как руководство преступным “ведьминским” кругом. Особенно важен слой материнства: свидетельство дочери Jennet Device стало частью обвинительного механизма. Слои ущерба: семейный — разрыв материнско-детской связи через суд; правовой — отсутствие защиты и невозможность вызвать свидетелей в свою пользу; социальный — бедность и семейная репутация стали признаками опасности; телесный — казнь; культурный — мать превращалась в источник наследуемого зла. Как работал механизм: суд и следствие использовали родственные связи как карту подозрения. То, что обычно подтверждало социальную принадлежность женщины, стало способом доказать коллективную вину домохозяйства. Масштаб: нет корректного процента, но внутри Пендлского кластера семейная сеть Device была одной из главных линий обвинения. Доказательность высокая в смысле документированности процесса; низкая в смысле достоверности самих обвинений. Современная оценка: кейс важен как пример criminalization of poor motherhood: мать не только обвинялась лично, но и становилась узлом, через который суд связывал детей, дом, бедность и “ведовскую” наследственность.
• Ализон Девайс — встреча с Джоном Ло, признание и казнь в 1612 году
  Короткое определение: Ализон Девайс — молодая женщина из семьи Demdike/Device, чья встреча с торговцем Джоном Ло стала отправной точкой следствия. После спора и внезапной болезни Ло её подозревали в причинении вреда колдовством; позднее она дала признательные показания и была осуждена. Исторический период и география: март–август 1612 года, район Колна и Пендла, затем Lancaster Assizes. Это раннемодерная Англия: болезнь, паралич или припадок могли быть юридически и религиозно интерпретированы как результат maleficium. Кого затрагивало: молодые бедные женщины, женщины из уже подозреваемых семей, родственницы женщин с “ведьминской” репутацией. Важен пересекающийся слой бедности и возраста: Ализон не была влиятельной обвиняемой, а стала удобной точкой для запуска допросов. Слои ущерба: правовой — признание и показания становились доказательством против неё; медицинский — болезнь мужчины была переописана как колдовской вред; социальный — личный конфликт стал публичным обвинением; семейный — её дело втянуло мать, брата, бабушку и другие семьи; телесный — итогом стала казнь. Как работал механизм: событие, которое сегодня могло бы рассматриваться как медицинский инцидент, было встроено в демонологический язык. Женщина не просто подозревалась в поступке; её тело, бедность, речь и семейная принадлежность стали частью доказательной конструкции. Масштаб: процент пострадавших не применим к одному судебному процессу. Но в этой серии обвинений один эпизод с Ло стал воротами к более широкому кластеру: к допросам, признаниям, свидетельствам родственников и последующим казням. Современная оценка: кейс показывает механизм legal-medical misreading: мужская болезнь и общественный страх были преобразованы в уголовное обвинение против молодой женщины.
• Элизабет Саутернс / Old Demdike — смерть в тюрьме до суда в деле Пендлских ведьм
  Короткое определение: Элизабет Саутернс, известная как Old Demdike, была пожилой слепой вдовой из района Пендл, которую следствие 1612 года представило как матриархальную фигуру “семьи ведьм”. Она не была казнена: она умерла в тюрьме Lancaster Castle до суда, ожидая assizes. Исторический период и география: дело относится к Lancashire/Pendle witch trials 1612 года, проходившим в контексте яковианского уголовного права о ведьмовстве и королевской антиколдовской политики. Главная сцена — Пендл, Malkin Tower, предварительные допросы у местных магистратов и тюремное заключение в Lancaster Castle. Кого затрагивало: пожилые бедные женщины, вдовы, женщины с репутацией знахарок или “опасных” соседок, а также их родственницы. Возраст, бедность, слепота, вдовство и зависимость от соседской экономики могли превращаться в признаки подозрительности. Слои ущерба: правовой — заключение до суда и невозможность полноценной защиты; социальный — превращение семейной репутации в доказательную сеть; телесный — смерть в тюрьме до вынесения вердикта; культурный — образ “старой ведьмы” как источника зла; межпоколенческий — обвинение матриарха стало рамкой для преследования дочери и внучек. Как работал механизм: следствие строило генеалогию вины. Не требовалось показать современным стандартом доказанный вред: достаточно было соседских конфликтов, прежней репутации, признаний, детских показаний и демонологической рамки. Масштаб: точный процент пострадавших определить невозможно. Внутри этой конкретной серии Old Demdike — одна из ключевых обвинённых; общий кластер включал около двадцати обвинённых, одиннадцать осуждённых к смерти, одну смерть в тюрьме и несколько оправданий/иных наказаний. Современная оценка: кейс важен для СУД как пример того, как бедная пожилая женщина могла быть лишена статуса свидетеля собственной жизни и превращена в “доказательство” порочности целой семейной линии.
• Энн Фостер — признание, смертный приговор и смерть в тюрьме
  Энн Фостер, пожилая женщина из Андовера, была обвинена летом 1692 года и допрошена вместе с Мэри Лейси-старшей и Мэри Лейси-младшей. Она призналась и назвала других участников предполагаемых ведьмовских собраний. 17 сентября её приговорили к смерти, однако казнь не состоялась: Энн Фостер умерла в салемской тюрьме 3 декабря 1692 года. Карточка показывает крайний исход длительного заключения даже без исполнения смертного приговора.
• Сара Бакли — заключение и оправдание по двум обвинениям
  Сара Бакли, жена сапожника из Салема, была обвинена весной 1692 года и находилась в заключении. 4 января 1693 года её судили по обвинениям в причинении вреда Мэри Уолкотт и Энн Патнэм. Она не признала себя виновной, присяжные оправдали её по обоим пунктам, после чего суд распорядился освободить её при условии оплаты тюремных и судебных сборов.
• Сара Бриджес — признание под давлением и оправдание судом
  Сара Бриджес из Андовера сначала отрицала обвинение, но в ходе допроса призналась в соглашении с дьяволом. 12 января 1693 года она предстала перед новым судом, заявила о невиновности и была оправдана присяжными. Суд приказал освободить её после оплаты сборов. Карточка сопоставляет признание, полученное в разгар паники, с позднейшим оправдательным вердиктом.